m_yu_sokolov в Париж, 1810 г. Смена караула в министерстве полиции"Сейчас же начинается бешеная работа. Верный друг призван на помощь.
Тщательно запирается дверь в кабинет, и все важные секретные бумаги
поспешно вытаскиваются из дел. Те, что могут еще когда-нибудь пригодиться,
обвиняющие и предательские документы, Жозеф Фуше откладывает для личного
употребления, все остальное беспощадно сжигается. Зачем господину Савари
знать, кто из представителей знати, живущих в предместье Сен-Жермен, кто
из военных, кто из придворных оказывал услуги шпионского характера? Это
слишком облегчит ему работу. Итак, в огонь эти списки! Пусть останутся
имена совершенно незначительных осведомителей и доносчиков, дворников и
проституток, от которых Савари все равно ничего важного не узнает. Папки
очищаются молниеносно. Исчезают важные списки с именами заграничных
роялистов и тайных корреспондентов, все искусно приводится в беспорядок,
разрушается система регистрации, дела снабжаются неверной нумерацией,
переставляются шифры и вместе с тем завербовываются в качестве шпионов
важнейшие служащие будущего министра, которые должны тайно осведомлять обо
всем прежнего и действительного хозяина. Винт за винтом вытаскивает и
выламывает Фуше из громадного механизма, чтобы в руках доверчивого
преемника не сцеплялись шестеренки и срывались передачи. Как русские
сжигали перед вступлением Наполеона свой священный город Москву, чтобы
лишить его удобных квартир, так разрушает и минирует Фуше любимое творение
своей жизни. Четыре дня и четыре ночи дымится камин, четыре дня и четыре
ночи продолжается эта дьявольская работа. И никто не догадывается, что
государственные тайны перемещаются в шкафы Ферьера либо рассеиваются
вместе с дымом по ветру".
Герцог Отрантский и герцог мира тут явили известное сходство.
Тщательно запирается дверь в кабинет, и все важные секретные бумаги
поспешно вытаскиваются из дел. Те, что могут еще когда-нибудь пригодиться,
обвиняющие и предательские документы, Жозеф Фуше откладывает для личного
употребления, все остальное беспощадно сжигается. Зачем господину Савари
знать, кто из представителей знати, живущих в предместье Сен-Жермен, кто
из военных, кто из придворных оказывал услуги шпионского характера? Это
слишком облегчит ему работу. Итак, в огонь эти списки! Пусть останутся
имена совершенно незначительных осведомителей и доносчиков, дворников и
проституток, от которых Савари все равно ничего важного не узнает. Папки
очищаются молниеносно. Исчезают важные списки с именами заграничных
роялистов и тайных корреспондентов, все искусно приводится в беспорядок,
разрушается система регистрации, дела снабжаются неверной нумерацией,
переставляются шифры и вместе с тем завербовываются в качестве шпионов
важнейшие служащие будущего министра, которые должны тайно осведомлять обо
всем прежнего и действительного хозяина. Винт за винтом вытаскивает и
выламывает Фуше из громадного механизма, чтобы в руках доверчивого
преемника не сцеплялись шестеренки и срывались передачи. Как русские
сжигали перед вступлением Наполеона свой священный город Москву, чтобы
лишить его удобных квартир, так разрушает и минирует Фуше любимое творение
своей жизни. Четыре дня и четыре ночи дымится камин, четыре дня и четыре
ночи продолжается эта дьявольская работа. И никто не догадывается, что
государственные тайны перемещаются в шкафы Ферьера либо рассеиваются
вместе с дымом по ветру".
Герцог Отрантский и герцог мира тут явили известное сходство.
Journal information